в этой картине, несмотря на название и композиционные решение, мы видим не библейских канонических персонажей, а трёх людей. Это не единственный пример «очеловечивания»божественного. Вместе со склонностью к одухотворению всех существ эти творческие методы определяют индивидуальный, специфический философский подход автора к религиозным сюжетам